Когда я был маленьким, я просил у Бога велосипед. Потом я понял, что Бог работает по-другому - и тогда я украл велосипел и стал просить у Бога прощения.

Заметил за собой закономерность - я восхищаюсь спокойными людьми. Я тянусь к ним. В моём восприятии мира - спокойствие ассоциируется с мудростью.

Меньше эмоций положительных и отрицательных. Спокойный размерный голос. Средней скорости шаг…

Я даже музыку последнее время себе всё чаще выбираю такую. Спокойные женские голоса, без захлёста эмоций.

Но не путай, читатель, спокойствие с безразличием. Очень важно уметь отличать похуиста, от того, кто созерцает молча или тихо. Спокойствие - это тоже эмоция. Самая лучшая какая только может быть. Спокойствием, умиротворённостью можно выразить самое сильное восхищение чем бы то ни было. И им же можно выразить сильнейший гнев. Да вобще весь спектр эмоций в хай контрасте. Итого мы получаем, что я гоняюсь за людьми, выражающими себя посредствам внешнего эмоционального спокойствия, что придаёт их эмоциям ярчайшие оттенка.

Я вижу в этом красоту. И я хочу этому научится, потому, что являюсь человеком эмоциональным в классическом понятии этого слова. Театральном я бы даже сказал. Я чувствую что часто душу этим некоторых людей, и хочу уметь быть спокойнее хотя бы внешне.

Во многом мне помогает мой арт, потому что в него я выливаю очень много того, что обычно выговариваю или излагаю в письменном виде. Но этого мало. Кстати, лучшие мои работы всегда были отмечены во времена после определённого периода физического одиночества, когда не на кого было вылить свои краски эмоций. Это всё накапливалось и взрывалось на канвасе.

Мне нужен баланс и равновесие. И я не совсем уверен, что я смогу изменить себя на таком глубоком уровне. По этому, просто нужен человек уравновешивающий рядом.

… я красил уже немножко пожелтевшие от жары листья дерева… а может покрывал их лаком, потому что цвета краски не помню. У меня была невысокая стремянка и много железных банок с этим “чем то” что я наносил на листья. Я стоял на этой стремянке и мирно занимался своим делом… как вскоре заметил что мимо идёт компания скинхедов. Я тогда ещё подумал, что лучше пусть идут мимо а то разольют мою краску (?) и мне не хватит. И они прошли мимо. Все кроме одного. Он случайно повернул голову в мою сторону и заинтересовался. Лысый бугай, подходит ко мне, оглядывает моё дерево, мои листья и спрашивает:
- А какого цвета это всё будет в конце.

Я слезаю со стремянки (потому что когда стоишь на ней не виднo неба из-за свисающих веток дерева), и указываю кисточкой на небо затянутое сплошной белой пеленой облаков. В течении трёх секунд в том месте на небе куда я указываю кистью конденсируется свинцово-чёрное облако. Оно не было большим но оно было таким плотным что об него наверно можно ударится.

Это облако бурля и как будто кипя, сверкая электрическим светом изнутри, быстро устремилось в нашу сторону. Я выбежал из под дерева навстречу ему, таким образом оно пролетело у меня над головой, и со своей новой точки обозрения и видел как будто оно зависло ровно над моим деревом. Я чувствую как моё сердце превратилось в горную холодную воду и разлилось по моему телу. Я очень боюсь за своё дерево.

Облако готовилось и я знал к чему. Я упал на траву лицом в низ. Я открыл рот как можно шире и закрыл руками уши. Я закрыл глаза но всё равно всё видел.
Облако выпустило самый мощный заряд электрической энергии который я только видел в своей жизни. Кривая белая яркая молния протянулась от облака к…………………….. куда то за моё дерево… далеко за моё дерево. Я стиснул зубы ожидая что почувствую телом электричество, но вместо этого стало просто бело, и звук совсем непохожий на раскат грома… а может и похожий но я его не услышал. Я слышал только очень высокий писк в ушах.
Потом белезна начала спадать. Не открывая глаз, не отпуская рук от ушей, я встал. Я открыл глаза и уши одновременно. Мои руки были в крови и воде. По щекам из глаз реками тоже стекала вода.

Но мне было всё равно что теперь у меня нет сердца. Главное - моё дерево в порядке.

Мне нравится то, что я делаю. То, что я умею делать и как я умею это делать. Мне нравится, что я достиг той черты, когда понял, что никому ничего доказывать не должен, кроме себя самого. Я даволен каждым своим шагом, даже если он не верен и меня граблями бьёт по лбу.

Мне нравятся моменты звенящего в ушах одиночества. Мне нравится, что люди думают, что я мрачный и угрюмый, в то время, как я просто не ржу и не улыбаюсь так не часто как они. Это мне льстит. Я рад что мы разные. И знающие меня хорошо люди - знают, что я разный. Тёмный и светлый. Грустный и весёлый. Но всегда сильный. В общем всё это элементы сублимации. Всё это мне нужно как воздух. Весь этот спектр.

Сейчас, в этот момент, я могу сказать себе и всем - я даволен своей жизнью. Что произошло? Как я к этому пришел? Ничего не произошло. Сидел рисовал в тёмной комнате под музыку, и вот меня осенило. Это моя медитация. Мой способ достижения нирваны и самосовершенствования. Пока я рисую - я думаю. Я росту. И мои рисунки совершенствуются. Я понимаю это всё наблюдая эволюцию своей техники и “зрения”.

Главное не останавливаться. Это действительно главное. Нельзя быть довольным собой больше мгновения, иначе ты сгниёшь в тени собственного эго.